+4°
  • 65.53
  • 75.92

О главном педагогическом вузе региона

О главном педагогическом вузе региона

О главном педагогическом вузе региона

В сентябре в «Красноярской газете» вышла резонансная статья о процессах, происходящих в Красноярском государственном педагогическом университете. Статья не анонимная, подписанная известным красноярским учёным и педагогом Олегом Лютых. Мы публикуем интервью с доктором педагогических наук, профессором, заведующим кафедрой педагогики и директором Института физической культуры, спорта и здоровья им. И.С.Ярыгина Владимиром Александровичем Адольфом. Мнение иное, что-то совпадает, но в любом случае расширяет понимание читателей, что же происходит в лучших вузах страны.

Корр.: Здравствуйте, Владимир Александрович, хотелось узнать вашу точку зрения на статью в «Красноярской газете» – «КГПУ: сползание с былых высот. Нужен ли краю Красноярский государственный педагогический университет им В.П. Астафьева?» Поддерживаете вы автора статьи или не поддерживаете?

В. Адольф: Сразу оговоримся: я человек, у которого всегда есть своя точка зрения, которую я обязательно публично высказываю. Она не всегда совпадает с точкой зрения руководства, но это не значит, что я не выполняю требования руководителей, если они не прислушиваются к моему мнению. В основном несовпадения отражаются в организации учебного процесса, научной деятельности в рассогласованном управлении вузом. У меня есть свой взгляд на многие аспекты, но я не утверждаю, что всегда прав. Высказав свою позицию, я тем самым обращаю внимание на существование другого мнения. Что я могу сказать сегодня? Внешне в вузе стало спокойнее, чем было при других ректорах. Ректор намного доступнее. То есть там теперь спокойнее, определённее, без суеты. Но правду говорят, что в тихом омуте черти водятся. Только за счёт чего, какой ценой достигается внешнее благополучие?

Что касается самой статьи, смысл, высказанный в ней, витал в воздухе разных коллективов и подразделений университета. Многие изложенные в статье факты неё имеют право быть. Материал назрел, правда, время не очень удобное – начало учебного года. Лучше бы в конце года, конечно. Некоторые позиции обозначены в статье, но обозначены на таком житейском, полупрофессиональном уровне. Я не согласен с тем, как они поданы. На мой взгляд, поданы субъективно и в виде сплетен, эти вопросы никогда автором статьи не озвучивались. Я ни разу не слышал, чтобы он об этом говорил. Что, он носил камень за пазухой? Или, складывается такое впечатление, ему кто-то заготовил это, а он просто подписался и всё. Такие позиции озвучивались иногда мной, но несколько в другом ракурсе и не как критика. Я хочу, чтобы поняли: ректор – это как генерал в армии, у него полное единоначалие. Ректор может принять любое решение, даже если коллектив будет не согласен, он может принять решение, издать приказ, и мы обязаны его выполнять. Ректор подбирает команду себе сам, это его право. Он несёт полную ответственность за всё, что происходит в университете, передавая часть своих полномочий проректорам. Если при аттестации, не дай Бог, вуз не аттестуется, то по видам деятельности, по которым вуз не аттестован, проректора снимают с должности, а ректора не снимают, это другой разговор и другие решения. Проректор несёт ответственность за свою деятельность, за её организацию.

Определённые успехи в вузе есть, но нет системного подхода. У нас сегодня, на мой взгляд, система управления носит некий бухгалтерско-предпринимательский характер. Всё до мелочей, все действия рассчитываются до копейки, мы как бы стали не учебной, не научно-образовательной организацией – мы стали не то предпринимательской, не то производственной организацией. Если бы мы были чисто научной организацией, с этим условно можно согласиться. Сегодня весь образовательный смысл учебного процесса превратился в денежно-финансовые отношения. Нормируется всё. Если преподаватель не выполнил часть нагрузки, у него могут высчитать некую сумму с зарплаты. Всегда возникает вопрос, как можно нормировать написание монографии, или дополнительные часы работы со студентами, или время подготовки к занятиям? Ну вот, например, я могу наколоть два куба дров, это понятно, а учебный процесс и научная работа – это творчество, как его нормировать? Наверное, какие-то нормы должны быть, и они есть, примерные нормы, но когда это становится главным в работе, смешно и грустно, что мы пришли к этому. Наши вузовские идеологи перепутали компетентность и цифровизацию образования с обычными бухгалтерскими счетами.

Это первое, с чем я согласен в статье. Могу дать отдельные комментарии и по научной и учебной деятельности, по ремонту помещений и т.д. Много проблем и рассогласованности в действиях разных структур. Почему это так, хорошо это или плохо, жизнь демонстрирует наши успехи. Да, у нашего университета развития, такого как в СФУ и у Опорного университета, не наблюдается. Мы топчемся на месте, и не только мы застряли в трясине и не можем найти своего пути. Материальная база не развивается, мы ничего не строим, ничего не создали – ни аудиторий, ни современных лабораторий. Что сегодня выгодно, рентабельно или нет, определит время и те профессионалы, которые работают в нём. Например, как рассчитать рентабельность кафедры? Как можно  определить рентабельность человеческого ресурса? Если это кто-то может сделать, то он потенциальный Нобелевский лауреат. Кафедры формируются десятилетиями, разрушить их в один момент – это элементарно, а создать практически невозможно. Опять пример. Может, начать укрупнять вначале институты и факультеты, объединять их деятельность вокруг одних образовательных программ или научных коллективов? У нас некоторые факультеты и институты малочисленные, среди преподавателей мало докторов наук, нет аспирантуры и докторантуры. Вопрос? Тогда в рамках новой структуры, может, и есть резон какие-то кафедры объединить? Далее. Наша главная задача – готовить учителей, в том числе для села. Как с этим обстоит дело? Можно посмотреть вакансии учителей в школах края, они огромны! Нужно, чтобы учитель на селе был многопрофильным. Вот одна из причин объединять факультеты. Но почему это не обсуждается в коллективах, странно. Может, это одна из проблем управления университетом.

Я считаю: глобальная ошибка, что мы не вошли в состав СФУ в 2007 году. У нас сегодня не было бы проблемы с общежитиями, с молодыми преподавателями, материальной базой, спортивными сооружениями и др. На сегодняшний день нет чёткой программы стратегического развития педагогического университета, чтобы ее понимали не только ректор и его помощники, но и весь коллектив университета.

Мы, преподаватели, студенты, сотрудники хотели бы знать, что нас ожидает завтра, через год. Что произойдет с факультетом, с кафедрой (могут закрыть, а могут не закрыть; могут по конкурсу провести или не провести). Открытость из нашего университета ушла. Открытое обсуждение разных проблем не приветствуется, его нет. У нас сегодня выгодно быть начальником – начальником управления, заведующим кафедрой, директором института. У нас невыгодно быть простым профессором, доцентом, потому что заработная плата простого профессора в разы меньше, чем заработная плата у любого проректора. Почему доценты держатся за должность директора (декана)? Да потому, что на директорской ставке зарплата их в несколько раз выше, чем если бы он работал в должности рядового профессора и доцента. Зачем ему работать над докторской диссертацией!

– Такая система только здесь, в России, или вообще во всем мире?

– Да, в России эта структура сложилась. Где-то она больше проявляется, где-то меньше. Если у нас ведущая наука – педагогическая, то к педагогической должно быть соответствующее отношение, но это не так.

– Владимир Александрович, я правильно понимаю, что вопросы, которые поднял Олег Юрьевич, например, то, что в ректорате доктора медицинских наук ректор и проректор, не совсем оправданно. Что, они правильно понимают современный педагогический подход?

– Польза от этого для  нашего педагогического университета не очень большая. Да и определять компетенции для образовательных программ должны специалисты, профессионалы, а не методисты. Например, в Учёном совете мало докторов наук, решения принимают не ведущие учёные университета. По сути это абсурд – Учёным советом управляют люди, не имеющие  высших учёных степеней.

– Вопрос касается того, что на сегодняшний день идет перекос в образовательной деятельности – русского языка, литературы, английского языка, биологии, истории, химии и т.д. в школах. По сути дела, потребность краевая, Сибири в школе есть, а вуз не выдает достаточного количества этих специалистов.

– Вуз к ней относится, как к второстепенной. У нас сегодня главная задача – отозваться, отреагировать на проблемы, связанные с лицами с ограниченными возможностями здоровья и задачами инклюзивного образования. Нам выгоднее учить всех, только не здоровых детей. Ну, согласитесь, странно.

– Владимир Александрович, у нас в крае есть мощнейший педагогический вуз, во всяком случае я его так воспринимал всегда. В то же время в крае катастрофически не хватает обычных преподавателей, педагогов в школах, причём по основным предметам?

– Увы, «дух» просвещения построен сегодня на других ценностях. «Дух» учительства сегодня потерян. Возможно, это потому, что потеряна связь с практикой образования, с культурой общества. Не с Министерством, а именно с районами и сёлами необходимо взаимодействовать. На места нужно ездить, с районами работать!

– А почему не ездят, не работают? Ведь это тоже финансы, тоже деньги, собственно говоря. Почему это не делается?

– Невыгодно. Автотранспорт, бензин, возрастной ценз преподавателей, да и ЕГЭ много решил за нас. На местах нет культурно-образовательных центров.

– Вы озвучили, что на сегодняшний день у Университета вы не видите современной стратегии развития?

– Да, не вижу. Той стратегии, которая была бы реально выполнимой, которую бы принял коллектив, каждый её член. Я не знаю, что ожидает кафедру и институт, которыми я руковожу через пять лет. Вы спросите любого преподавателя, сотрудника, что ждёт его завтра, через год? Ответа он не получит, да и спросить не каждый посмеет.

– А почему вы – профессора, доктора, высший научный состав – не объединитесь и не напишете единую концепцию развития, которая бы устраивала вас. И потом бы передали её в администрацию, ведь администрация – это система организации той деятельности, которая ей указана.

– Вот мы написали свою концепцию, программу развития института физической культуры на пять лет. На Учёном совете её приняли, ректор утвердил. Но выполнять её затруднительно. Почему? Да потому, что другие подразделения в этом не заинтересованы. На сегодня единую концепцию, которую бы отслеживали не ректорат и бухгалтерия, а профессора – это невозможно сделать. Мы живем во временном пространстве, которое определяется не нами.

Да, я об этом часто говорю на разных совещаниях. Я учился в Самарском и Иркутском университетах, в МГУ и СПбГУ, слушал лекции и выступал на семинарах. Там декан, заведующий кафедрой – это учёный. А у нас кто? Например, декан, заведующий предметной кафедрой, как правило, кандидат педагогических наук. Научная его квалификация педагогическая, но не предметная. Что получается? Компетенции предметных и метопредметных областей не задействованы. Эти люди попадают в Учёный совет. Они, конечно, компетентны, но в чём? Вот почему у нас проректорами могут быть и медики, и кто угодно. Понятно? Так же странно, что кандидат исторических наук работает на кафедре экономики и управления!

– …Недовольство администрацией вуза приведёт к тому, что она будет заменена. И кто на их место придёт?

– Свято место пусто не бывает. Тщеславных молодых людей достаточно. Но изменится ли что-либо? Так как, на мой взгляд, эта неопределённость с вузом началась в 2007 году. Да, мной было высказано предложение, чтобы педагогический университет вошёл в состав СФУ. Но, увы, я был не понят. Я представил программу, её не поддержали.

И немного про доступность администрации. Вы попробуйте служебную написать, чтобы она дошла до ректора. Или служебную на командировку, или заявление, или еще что-то, столько согласований нужно… В общем, до ректора это вообще не доходит. Сделано так, что если бумага дойдёт до ректора, то он спросит со всех, почему эта бумага до него дошла. Этого все боятся. Народ боится, и многие вопросы не обсуждаются вообще…

– Тогда как же происходит управление, если у ректора нет никакой информации? Мы же говорили о том, что ректор – это генерал, а генералом он становится только когда владеет информацией.

– А он и владеет информацией, но той, какая всем удобна и нравится. А если до него доходит иная информация, то она зачастую имеет искажённый вид. Последствия в связи с этим разные.

– Как на Востоке, да? «Принёс плохую весть – на тебе палку, принёс хорошую – вот тебе золотой».

– Да. И всё это управление, которое происходит, всё фильтруется и рассматривается в рамках бухгалтерско-экономического счёта. Ведь деньгами легче всего управлять. Дал – не дал, взял – не взял, пошёл – не пошёл. Но сегодня такая система и в стране. Да, у нас в Университете перемены должны быть однозначно, повторяю, однозначно. И ректор должен сделать эти перемены, управляя Университетом. А управление Университетом связано с управлением научно-исследовательской и образовательной деятельностью, развитием материальной базы. Каждый человек должен понимать, что его структуру, его подразделение ожидает через пять лет! Необходимо проработать чёткую, понятную для каждого кадровую политику.

– Как вы отнесетесь к тому, что сюда придёт проверка, счётная комиссия, прокуратура? Это вопрос просто для понимания.

– Я к этому отношусь всегда плохо, отрицательно. Ведь моё интервью не для того, чтобы пришла проверка, а чтобы показать, что мне это не безразлично. Я против всяких проверок и склок вокруг этого.

– Получается, что «мозги» не участвуют в процессе управления и постановке кадров?

– Совершенно верно, ни в процессе управления, ни в расстановке кадров, ни в распределении ресурсов. Да, получается, что приказ удобнее всего в управлении. Не выполнил – получи наказание.

– А как тогда с этим бороться?

– Я участвую, высказываю свою позицию на разных совещаниях и заседаниях. Мне неоднократно сообщали, что ректор недоволен моими выступлениями, что я будоражу коллектив, что должен успокоиться. Вот так. Нужно бороться, в том числе и с помощью прессы. К тому же у нас давно не было собрания трудового коллектива всего университета. Вот где можно поговорить. Конечно, как его организовать? В коллективе университета работают разные люди, с разными желаниями и притязаниями. Я уверен, что уже появилась статья в опровержение вышедшей статьи. Но я уверен и в том, что  если ситуация  изменится, эти же люди напишут совсем другую статью.

– Спасибо, Владимир Александрович, за интересную беседу, вы на многое, что происходит в Педагогическом университете, открыли новый взгляд. Думаю, и читателю стало понятнее.

Анатолий Андреев

 

Имя (Псевдоним):   E-Mail:
Секретный код: сменить цифры   Повторите код:
  • wink
  • winked
  • smile
  • am
  • belay
  • feel
  • fellow
  • laughing
  • lol
  • love
  • no
  • recourse
  • request
  • sad
  • tongue
  • wassat
  • crying
  • what
  • bully
  • angry


Популярные статьи