+4°
  • 59.14
  • 69.47

Святитель Лука - наше бесценное достояние

Круглый стол Заседание 34
 
Иван  Павлович  Артюхов,  рек-тор  Красноярского  государствен-ного  медицинского  университета 
им. В.Ф. Войно-Ясенецского, док-тор мед. наук, профессор:
 
–  Уважаемые  коллеги! 
 
Попытаюсь  в  отведённое  мне время  рассказать  о  краснояр-ском  периоде  жизни  Валентина Феликсовича  Войно-Ясенецкого. Мы готовим книгу об этом. О дру-гих  этапах  достаточно  много  уже опубликовано:  освещён  симферопольский,  есть  ташкентский. А  наш,  красноярский,  период  не раскрыт.  Разрозненные  аналитические  материалы  представлены в  разных  источниках,  но  так  как мы представляем всё же медицин-ский  университет,  я  больше  де-лаю  акцент  на  медицинской  составляющей  и  роли  Валентина Феликсовича  в  развитии  здраво-охранения  Красноярского  края, подготовке  кадров  и  его  вкладе как  хирурга.  В  название  мы  вы-носим определения «Священник-Хирург-Учёный», в таком плане и будем  рассказывать читателям.
 
Сегодня  я  представляю  презента-цию,  которую  ил-люстрируют  бо-лее  130  слайдов. Многие  факты  из-вестны  обществен-ности, но есть и редкие.  Попытаюсь  их систематизировать. На  основных  вехах биографии  святого  Луки  подроб-но останавливаться не буду. В от-крытых  источниках  это  есть.  В Красноярском  крае  он  был  дваж-ды.  На  этой  карте  представле-ны  его  перемещения  по  ссылкам. Первая  ссылка  –  с  1923  по  1926 год  –  пребывание  в  Красноярске, Енисейске,  деревне  Хая,  потом в  Туруханске  и  Плахино. Лично я  побывал  во  многих  местах,  где был  Валентин  Феликсович:  в Ташкенте, в Архангельске и в по-сёлках нашего края, в том числе и в Плахино.
 
В  Красноярске  есть  несколько мест,  связанных  с  именем  Луки. Основное, конечно, Архиерейский собор  на  проспекте  Мира.  У  меня есть много воспоминаний лю-дей,  которые  имели  контакт  с Валентином Феликсовичем. Нина Семёновна  Дралюк работа-ла  санитаркой  и  операци-онной сестрой, вот ее выра-жение: «Помню,  как  он  бы-стро шёл по лестнице, врачи бежали за ним следом, глядя на  него,  как  на  Бога». Так любить  людей,  как  Нина Семёновна  написала,  мо-жет редкий человек.
 
Итак, Ту ру ханск а я ссы л-ка, 1923 год.
 
Двигался  он  через  го-рода  Тюмень,  Омск, Ново-Николаевск,  ныне Новосибирск, и вот прибы-вает  в  Енисейск.  На  фото этот дом, сегодняшнее зда-ние  больницы.  Встретившись   с руководством  города  Енисейска, я предлагал его выкупить, но мне 
это  просто  не  позволили  сделать. В  своё  время  мы  летали  туда  с председателем  Всероссийского общества  православных  вра-чей Александром  Григорьевичем Чучалинымспециально для этих целей,  но  времени  и,  может,  на-стойчивости не хватило. 
 
Вот один из эпизодов его мему-аров  на  пути  в  Енисейск.  Он  уже сделал  операцию слесарными  щипцами  по  удалению секвеста  у  больной, перенёсшей  тяжёлую  форму  стоме-лита, о заживлении и  т.д.  На  Енисее  в то  время  свиреп-ствовала  трахома, 
и  фактически  кро-ме  Святителя  Луки никто этой пробле-мой  не  занимался.  Когда  он  при-был  в  Енисейск,  его  встретили очень  насторожённо.  Он  настоял на  проведении  первой  операции. Такой  классический  разрез,  ка-кой  он  сделал  первый  раз,  повто-рить очень сложно. (Например, он ставил  задачу  прорезать  в  кни-ге  ровно  24  страницы,  и  сам  мог прорезать  именно  24  страницы). Заведующий хирургии хватался за голову,  но  результаты  у  больных были  блестящие.  Врач Якобсон – отец Нины Семёновны Дралюк – 
был  в  то  время  врачом-хирургом. Его  воспоминания  записаны, впервые я публикую этот матери-ал: «Рост и авторитет Луки был ве-ликолепен. Власти города ходатай-ствовали  о  том,  чтобы  оставить  в Енисейске опытного врача-хирурга. Но  соответствующие  органы  не отреагировали  на  просьбу  муни-ципальных властей Енисейска, он был  направлен  сначала  в  Хаю  и лишь потом вернулся обратно».
 
Владимир ГригорьевичАрутюнян впервые  говорит  о  том,  правда, не  ссылаясь  на  документаль-ные  источники,  что  Валентин Феликсович  пересадил  больной почку  от  телёнка,  и  больная  вы-здоровела.  Нет  доказательств, правда.  Я  у  него  спрашивал,  есть 
ли  какие-нибудь  материалы,  но он,  кроме  преданий,  ничего  не смог представить. Ну, документов нет, не осталось. Вместе с тем, воз-можны  улучшения  состояния,  но научного  обоснования  в  то  вре-мя не существовало. Или не оста-лось.
 
Далее  Луку  выслали  на  реч-ку  Хая,  это  450  километров  от Енисейска.  Я  тоже  в  том  районе был,  почти  рядом,  но  того  посёл-ка уже нет, там тяжелейшие усло-вия.  На  фото  видно  примерно, какая  ситуация  была.  Но  Войно-Ясенецкий  продолжал  опериро-вать,  при  этом  инструменты  бы-ли  в  основном  те,  что  он  привёз из  Енисейска,  да  какие-то  под-собные инструментарии. Затем он снова возвращается в Енисейск. А оттуда за непослушание властями его  выслали  в  Туруханск.  В  этом городе находится самый северный мужской  монастырь.  Там  покоят-ся  мощи Василия  Мангазейского, который был основным настояте-лем как раз для службы Святителя Луки.
 
Лука в Туруханске пишет свое-му сыну: «Когда я выходил из баш-ни,  толпа  народа  вся  опустилась на колени, прося благословения». В Туруханске работал один фель-дшер  и,  естественно,  прибытие профессора  с  мировым  именем  и с  таким  опытом  работы  для  них 
было чудом. В Туруханске он про-был  почти  два  года  и  за  это  вре-мя  сделал  множество  операций. Оперировал  и  на  ЛОР-органах,  и как офтальмолог, и как гинеколог, и так далее. Поэтому его популяр-ность  была  огромна,  но  –  опять-таки  за  непослушание  его  ссыла-ют еще далее, на станок Плахино. Причем после принятия этого ре-шения ему надо было собраться в течение 30 минут. Его ссылают на 220  километров  севернее  поляр-ного круга. Кто был там, тот пред-ставляет, что это такое. На сегод-няшний день от станка ничего не осталось,  но  существует  деревня Плахино,  хорошее  рыбацкое  ме-сто. На фото видно, как оно сейчас выглядит. Лука жил в одном из до-миков, где вода замерзала. В этом домике  он  крестил  детей  и  лечил людей.  Посмотрите  на  фото,  как выглядел  Туруханск  в  1924  году, чумы эвенков прямо в городе.
 
В  2007  году  на  берегу  Енисея был  установлен  крест  в  память и  с  благословения  красноярского епископа Антония. 24 ноября 1923 года  Лука  получает  извещение  об окончании  ссылки  и  больше  ме-сяца,  до  31  декабря,  добирается до Красноярска. На всех стоянках его  встречали  и  как  святителя,  и как  хирурга,  которого  знали  все на Енисее.
 
В  начале  1940  года  во  вто-рую  ссылку  он  прибывает  в  село Большая  Мурта. Проживает  в  ма-ленькой  комнате.  Это  данные  из статьи, опубликованной Татьяной Петровной  Сизых, и  нескольких публикаций  в  нашем  журнале «Сибирское медицинское обозре-ние»  из  жизни  Луки  большемур-тинского периода. Наши студенты постоянно  ездят  туда  в  качестве волонтёров,  и  взаимодей-ствие  с  больницей  разви-вается.  На  фотографиях видна  скромность  Луки, ходившего в толстовке чёр-ного  цвета.  Брончевская 
пишет:  «Он  был  выше среднего роста. То ли поп, то  ли  хирург,  его  доброту выдавали глаза. Своим ду-хом он пронизывал факти-чески любого человека».Больница  в  Большой Мурте.  На  фото  старый корпус.  В  ней  было  15-20 коек, но работали два вра-ча – главный врач Барский и  его  супруга.  Много  поз-же  Барский  стал  профессором Самарского  Медицинского  ин-ститута.  Существуют  противоре-чивые  записи.  Сам  Барский  пи-шет,  что  создавал  условия  для Войно-Ясенецкого.  (Непонятно, что именно было создано.) И есть сведения, что он как раз не созда-вал условий для работы Луки и, по записи,  он  состоял  в  должности санитара.
 
Так или иначе, только 19 апре-ля 1940 года он был принят в боль-ницу  Большемуртинского  района в качестве консультанта-хирурга и глазного врача. И с этого момента изменился  его  быт  и  отношение служивых людей. Вот фото сохра-нившейся из старой операционной дверной  ручки  и  самой  операци-онной. Борис  Иванович  Хоненко, в  своё  время  возглавлявший  ме-дицинскую  статистику,  пишет  в своих  воспоминаниях  выражение самого Луки: «Всё, что от меня за-висит,  обещаю  сделать.  Остальное – от Бога».Это высказывание бы-ло его основным девизом в работе, во взаимоотношении с больными и их родственниками.
 
В 1940 году за подписью нарко-ма Ворошилова пришёл документ, разрешавший посещение библио-тек.  Валентин  Феликсович  едет  в Томск, работает в томской библи-отеке три месяца.
 
Вторая  ссылка  продолжается  в Большой  Мурте.  Кстати,  вот  со-держание  телеграммы,  отправ-ленной  в  конце  июня  1941  года Всесоюзному старосте Калинину: «Я,  епископ  Лука,  профессор Войно-Ясенецкий, отбываю ссыл-ку  в  Красноярском  крае.  Прошу 
мою ссылку прервать и направить меня  в  госпиталь.  По  окончании войны готов вернуться в ссылку».
 
В  грозном  сентябре  1941  годаза  ним  в  Большую  Мурту  приле-тает  самолёт,  и  он  прибывает  на работу  в  Красноярск  в  качестве главного  хирурга  эвакуационного госпиталя.  А  чуть  позже  его  на-значают  главным  хирургом  всех госпиталей.
 
Сначала он жил под лестницей в  школе  №10.  На  всех  медицин-ских аспектах не буду особо оста-навливаться, понятно, что вклад в практику был огромен. Появились первые научные публикации, ко-торые Войно-Ясенецкий оставлял в различных докладах.
 
На 1000 штатных коек всего 20 врачей,  из  них  опытных  хирур-гов фактически не было. Лука на-чинает  в  1941  году  оперировать и одновременно обучать хирургов тем навыкам, которые у него были как  у  специалиста  в  оперативной хирургии  и  хирурга-практика. 
Важнейший  элемент  признания на  всю  Россию:  24-29  марта  1943 года  в  Новосибирске  состоялась Всероссийская  конференция,  где Лука делает доклад «Наш опыт ле-чения  огнестрельного  стомилита в  госпитале  глубокого  тыла».  Это было первое по сути признание на уровне  страны.  Позже  были  не-сколько выступлений в Иркутске. Красноярск стал центром по лече-нию гнойных ран и ране-ний крупных суставов.
 
Дело  в  том,  что  хоть Лука уже и был признан-ным  хирургом  и  были опубликованы  его  рабо-ты  всероссийского  и  ми-рового  уровня,  его  в  ка-честве  докладчика  даль-ше  Красноярска  никуда не  выпускали.  Всё-таки он  был  арестованным.  И 
вот  эта  свобода  научно-го  доклада  предоставила ему возможность общать-ся  с  коллегами  не  толь-ко  Красноярского  края, а  с  врачами  всей  страны.  Были впервые  изданы  тезисы,  а  потом и   подлинники  полнотекстовых выступлений.  И  Красноярск  дей-ствительно  становится  центром по  гнойной  хирургии,  а  началом стало выступление именно в горо-де Новосибирске.
 
Вот  характеристика  Войно-Ясенецкого:  «Его  исследовани-ям  обязаны  своей  жизнью  мно-гие сотни раненых, многие ставят этого  хирурга  в  один  ряд  с  самы-ми выдающимися врачами нашего времени». Именно новосибирское выступление, а затем многие крас-ноярские конференции получили у  практиков  и  у  Минздрава  при-знание светское.
 
Луку представил на Сталинскую премию  Минздрав  страны,  не  он сам  представил,  и  в  основу  легло блестящее  новосибирское  высту-пление.  Плюс  книги  –  «Очерки гнойной  хирургии»  и  «Резекция гнойных суставов». Потом были и переиздания (1934 и 1946 годы).
 
О  Сталинской  премии. Известный факт, что Лука 130 000 рублей  из  200  000  направил  си-ротам.
 
«Очерки  гнойной  хирургии»  – это  практически  библия  по  лече-нию, потому что до того основной принцип  лечения  при  ранениях конечности  был  –  ампутация.  И, как  вы  понимаете,  в  Красноярск поступали с фронта уже с гнойны-ми осложнениями. Прогноз по су-ставам был понятен – дай Бог со-хранить  здоровье.  А  прогноз  при ранении живота, груди и так далее –  сохранить  жизнь.  Но  надо  бы-ло возвращать больных на фронт, возвращать им трудоспособность.
 
Имеются  подлинники  записей консультаций,  которые  Валентин Феликсович  вёл  для  книги  и  для отчётности,  примерно 1000  опе-раций  в  год (!).  Для  Красноярска достижение  по  БСМП,  напри-мер,  что  самый  активный  хирург Сергей  Игнатьевич  Тяпкин, заве-дующий  хирургией,  делает  в  год примерно 100 крупных операций. 
 
Консультации,  которые  Лука проводил,  в  Крайздрав  он  пред-ставлял  в  виде  отчёта.  Он  очень трепетно  относился  к  отчётам  и требовал  от  своих  подчинённых очень жёстких отчётов по той про-стой форме, которую сам устанав-ливал, потому что ему нужна была систематизация уже для научных целей.  Его  записи:  за  две  недели –  7  госпиталей,  80  человек.  Это же  консультации  профессора,  не просто  первичный  осмотр.  И  он брал всегда самых сложных боль-ных.
 
В 1942 году, 15 ноября, было под-писано постановление об открытии в  Красноярске  медицинского  ин-ститута.21 ноября создаётся при-каз  Комитета  по  высшей  школе  о выходе  Красноярского  медицин-ского  университета,  и  начались занятия. Первые занятия были на трёх  курсах,  и  в  1943  году  56  вы-пускников уже пошли на фронт.
 
Сохранились  фотографии:  за-нятия,  медицинский  персонал, Лука.  Можно  считать  начало  на-шего  медицинского  университе-та  с  тех  лекций,  которые  читал  в 1941  году  Валентин  Феликсович Войно-Ясенецкий.
 
Валентина  Алексеевна Бранчевскаяпрожила 102 года, умерла  год  назад.  Я  с  ней  встре-чался  несколько  раз,  царствие  ей небесное,  она  очень  много  вос-поминаний оставила, есть аудио-, видеозаписи… Она работала в го-спитале  старшим  ординатором, потом  была  начмедом.  С  глубо-ким  уважением  пишет  о  Луке,  о его  профессионализме,  знании анатомии, как он опе-рировал,  по  8-10  ча-сов  стоял  за  станком. Творчески  работал, писал книги.
 
Жив  внук  Луки, Алексей  Михайлович Войно-Ясенецкий, ему  85  лет,  он  живет  в Хабаровске,  заведовал кафедрой  урологии. Сейчас уже не работает, я  несколько  раз  с  ним общался по телефону.
 
Воктябре 1942 го-да священным Синодом Святитель  Лука  воз-ведён  в  сан  архиепископа.  Он  в это  время  продолжал  служить  в Николаевской церкви.
Из  письма  Луки  своему  сыну Михаилу:
«Всё в том, чтобы жизнь имела высший смысл добра. Я верю в Бога, но тружусь вопреки ему».
 
Сколько он от верной смерти спас,
Не уложится в людскую меру.
Пусть на небе молится за нас
Наш подвижник яростный за веру.
Он легендой, памятником стал,
Не склоняя перед властью имя.
Круглый год украшен пьедестал
Для Луки букетами живыми.
Облако тегов:

Имя (Псевдоним):   E-Mail:
Секретный код: сменить цифры   Повторите код:
  • wink
  • winked
  • smile
  • am
  • belay
  • feel
  • fellow
  • laughing
  • lol
  • love
  • no
  • recourse
  • request
  • sad
  • tongue
  • wassat
  • crying
  • what
  • bully
  • angry


Популярные статьи